также наставления судьи присяжным заседателям Хейг получил возможность сказать своё последнее слово. Он поднялся со своего места, улыбнулся, и произнёс, обращаясь к судье Хамфрису: «Ваша речь — шедевр!»
Жюри присяжных совещалось всего 15 минут — это очень мало для столь сложных процессов с таким большим числом преступных эпизодов. Эта краткость служит лучшим указанием на то, что присяжные не испытывали ни малейших колебаний, вынося свой вердикт.
Когда судья зачитал поданный ему вердикт присяжных: «Виновен», — он обратился к Хейгу с традиционным в английском правосудии вопросом: «Что Вы можете сказать в своё оправдание?» (Это классическое обращение некоторыми судьями иногда формулировались таким образом: «Обвиняемый, скажите, существуют ли причины, по которым Вас теперь нельзя повесить?») Хейг ответил: «Вообще ничего» («Nothing at all»). Судья Хамфрис в ту же минуту вынес Джону Джорджу Хейгу смертный приговор.
Произошло это 26 июля 1949 г.
Экспозиция, посвященная Джону Хейгу, в Музее преступности в Скотланд-ярде. Можно видеть реальное снаряжение, использованное убийцей при совершении преступлений — кожаный фартук, резиновые перчатки, противогаз..
Хейг имел возможность до некоторой степени оттянуть момент казни, подав вапелляцию на приговор, но делать этого не стал. По-видимому, он понимал бессмысленность борьбы и желал скорейшей развязки, не видя смысла в отсрочке неминуемого конца.
В оставшиеся до повешения несколько дней за Хейгом наблюдали два психиатра. Они не нашли никаких заметных отклонений в психике осуждённого. Хейг написал пространные письма Стефенсам — отцу и дочерям; подготовил большую статью о самом себе для газеты «News of the world». Он признавался, что ждал появления в тюрьме родителей, но этого не произошло. Лишь мать преступника передала ему устный привет через одного из журналистов.
Накануне казни Джон Хейг был перевезён в тюрьму «Вандсворт», поскольку там была виселица. Преступник был повешен утром 10 августа 1949 г.
Хотя специальное постановление Министерства внутренних дел, принятое еще в 1890 г., предписывало уничтожать веревку, которая использовалась для казни, а также личные вещи казнённого преступника, в случае с Джоном Хейгом было сделано исключение.
Его одежда, а также волосы были переданы Музею Тюссо для того, чтобы в его экспозиции появилась восковая фигура этого преступника, потрясшего своими злодеяниями и коварством всю страну.
1953 год. Дом смерти на Риллингтон-плейс («Дело Джона Кристи»)
«Дело Джона Кристи», названное так по имени одного из самых известных убийц Великобритании, началось 24 марта 1953 г. В этот день некий Бересфорд Браун, хозяин дома № 10 на Риллингтон— Плейс (район Ноттинг — хилл, Западный Лондон) попытался повесить на кухне кронштейн под радиоприёмник. Выстукивая стены, он обратил внимание на то, что противоположная кухонной двери стена издаёт необычный звук. Браун быстро понял, что под обоями находится не штукатурка, а лист фанеры. Поскольку за этой стеной находилась чёрная лестница, то хозяин решил, что лист фанеры закрывает потайной выход.
Заинтригованный своим открытием, Б. Браун сорвал обои и убрал фанеру. То, что он увидел за ней, оказалось не потайным выходом на чёрную лестницу, а встроенным в стену двустворчатым шкафом. Его правая стенка и крышка рассохлись и разошлись, образовав широкую щель. Направив туда луч ручного фонарика, Бересфорд Браун увидел голую человеческую спину.
Прибывшим по его вызову полицейским хозяин дома сообщил следующее: дом был им куплен в середине марта, его прежний владелец — Джон Реджинальд Холлидей Кристи (John Reginald Halliday Christie) — попросил неделю для вывоза имущества и съехал окончательно 21 марта 1953 года. Куда он направился, Браун не знал; о существовании встроенного шкафа на кухне он не догадывался, и прежний владелец ничего ему об этом не говорил; кто и когда попытался замаскировать шкаф, он не представляет.
Предчувствуя, очевидно, необычный характер преступления, старший инспектор Мюррей пригласил на Риллингтон — Плейс, д.10 в качестве судмедэксперта Френсиса Кемпса, одного из лучших экспертов — патологоанатомов того времени в Великобритании. До прибытия профессора тело из шкафа не извлекали.
Дом № 10 по Риллингтон-Плейс. Квартира, в которой Бересфорд Браун обнаружил в замаскированной нише труп неизвестной женщины, находилась в крайнем правом подъезде на 1-м этаже.
Тело принадлежало женщине и было частично обнажено. Из одежды на нем остались пояс с чулками, бюстгальтер, пуловер и жакет. Последние были завернуты наверх, на голову, таким образом, что открывали доступ к бюстгальтеру. К нему одним концом была привязана кручёная верёвка, которая другим своим концом была наброшена на крючок. Таким образом тело удерживалось в полусидячем положении.
Когда его вытащили из шкафа, оказалось, что верёвка представляет собой скрученную полосу, отрезанную от одеяла.
Кроме того, за этим телом оказалось другое, завёрнутое в одеяло и прислонённое к стене. А за ним — третье, тоже в одеяле и тоже в вертикальном положении.
Полиция приступила к тщательному осмотру дома, а Френсис Кемпс — извлечённых из шкафа женских тел.
Свои первые заключения он сообщил прямо на месте. Несмотря на кажущуюся сохранность тканей, патологоанатом уверенно заявил, что убийства совершались в разное время и довольно давно — недели и даже месяцы назад. Постоянная циркуляция холодного зимнего воздуха, попадавшего в шкаф через щели в полу, способствовала мумифицированию тел. Этот «эффект холодильника» существенно облегчил дальнейшую работу экспертов. Погибшие женщины были молоды, всем было примерно по 25 лет. Тела, найденные в одеялах, были раздеты — это наводило на мысли о сексуальном мотиве преступлений.
Вечером того же дня — 24 марта 1953 г. — в столовой, в толще шлака, засыпаемого в межэтажные перекрытия для улучшения теплоизоляции, было обнаружено ещё одно женское тело. Соседи, присутствовавшие при обыске в качестве понятых, ещё до процедуры официального опознания, назвали ту, кому оно принадлежало: Этель Кристи, жена Джона Кристи.
Эти фотографии сделаны во время осмотра «дома смерти» в последней декаде марта 1953 года. Вверху можно видеть столовую с поднятым настилом пола, внизу — кухня. Хорошо видна ниша (т. н. встроенный шкаф), до того закрытая листом фанеры и заклеенная обоями.
Последний раз жители соседних домов видели её в конце осени— начале зимы 1952 г. С этого момента практически ни у кого не осталось сомнений в том, что именно Джон Кристи является виновником гибели всех женщин, чьи тела были обнаружены в доме по Риллингтон — Плейс, 10. В газетах и по радио на следующий день было объявлено, что полиция Западного Лондона разыскивает его, чтобы прояснить некоторые вопросы. То, что Кристи не заявил о себе, лишь укрепило полицейских в уверенности, что этому человеку есть что скрывать. Через два дня последовало объявление Джона Кристи в общенациональный розыск. В разосланных полицейским участкам ориентировках подчеркивалась особая опасность этого человека.
Между тем, изучение дома по Риллингтон — Плейс, 10 продолжалось. При осмотре внутреннего дворика полицейские заметили довольно крупную кость, которая была аккуратно прислонена к ограде. При более внимательном
